Политика

Растерянность режима: окружение Лукашенко не знает, как реагировать на мобилизацию в России

Публичные высказывания лидеров правящего в Беларуси режима по поводу объявленной в России мобилизации, свидетельствуют о некоторой растерянности в Минске. Они скорее призваны успокоить общественное мнение, чем разъяснить белорусам происходящее и поделиться своими планами в сложившейся ситуации.

Впрочем, руководство Беларуси настолько утратило какую-либо субъективность в принятии решений о судьбах страны, что ему остается лишь плыть по течению, из последних сил балансируя на своей утлой пироге, чтобы не пойти ко дну. Александра Лукашенко «просто поставили перед фактом», считает руководитель Центра политического анализа и прогноза в Варшаве Павел Усов. По его мнению, о готовности к эскалации Путин поведал белорусскому коллеге во время телефонного разговора 20 сентября, менее чем за сутки до подписания указа о мобилизации.

Вероятно, результатом именно этого разговора стала встреча Александра Лукашенко с Александром Вольфовичем, проведенная в тот же день и широко освещенная в государственных СМИ. На ней Лукашенко потребовал от госсекретаря Совета безопасности подготовить «откровенную» новую версию концепции нацбезопасности и напомнил о поручениях проработать действия на границе с Украиной. На территории которой якобы «создаются вооруженные подразделения, которые готовы свергнуть власть в Беларуси и присоединить ее к блоку НАТО». Также он призвал не бояться масштабной войны на территории Беларуси, но «если необходимо поднять по тревоге какую-нибудь воинскую часть по нормам военного времени, значит, это надо сделать». Также в ходе этой встречи Лукашенко публично заверил, что «через Беларусь никакого удара в спину по российским войскам не будет», — очевидно, в Москве существуют какие-то сомнения по этому поводу.

На следующий день к российским союзникам на «экспертные консультации по безопасности» отбыл уже сам Александр Вольфович, повстречавшийся в Москве со своим коллегой Николаем Патрушевым. Итогом встречи стало заявление белорусского чиновника о том, что в Минске не планируют прямо сейчас объявлять в стране мобилизацию, ибо «народ Беларуси мобилизован и так».

Журналистов, правда, насторожила строчка о проведении «совместных контртеррористических мероприятий» в итоговом пресс-релизе, так как в России еще со времен чеченских войн «контртеррористическими операциями» называются полноценные масштабные военные действия. В конце концов, даже война в Украине, самая жестокая на континенте после Второй мировой, тоже формально называется «специальной военной операцией».

К тому же СМИ обратили внимание на то, что слова о «планировании совместных контртеррористических мероприятий» были в сообщении ТАСС, но отсутствовали на сайте российского Совета безопасности (сейчас они там появились). Засекречивание важных документов или их частей вообще характерно для кремлевской администрации. Например в публично опубликованном приказе о мобилизации отсутствует пункт номер семь. Вероятно, в нем идет речь о планируемом количестве мобилизуемых. Цифра в 300 тысяч человек была публично озвучена министром обороны РФ Сергеем Шойгу, зато секретность позволит со временем манипулировать этим числом.

Нет сомнений, что обитатели кремлевских палат очень хотели бы отправить в бой вместо мобилизованного русского сброда более или менее подготовленную армию Беларуси. Это настолько было бы выгодно путинскому режиму как в военном, так и в пропагандистском смысле, что мы не поверим, будто этот вопрос не поднимался на встрече двух мужчин.

Да, Александр Вольфович, комментируя встречу, не выглядел ястребом, он говорил о том, что Беларусь ни на кого не собирается нападать, а лишь стремиться, чтобы «агрессивные соседи не ударили через территорию Беларуси с запада нашей братской России». Для чего-то он упомянул и любимое детище Александра Лукашенко — «народное ополчение», назвав его «новым видом формирований, направленных на защиту страны». При этом, насколько известно, единственный отряд «народного ополчения» сейчас насчитывает 22 человека и базируется в агрогородке Любжа Климовичского района Могилевщины — как раз на границе с Россией.

Интересно, что последние две встречи Александра Лукашенко с Владимиром Путиным в Санкт-Петербурге и Самарканде совсем не были ознаменованы показательной активизацией военных учений, мобилизацией резервистов, расконсервацией старой бронетехники и тому подобными мероприятиями, которыми ранее в обязательном порядке сопровождались визиты белорусского лидера к российскому коллеге в первом полугодии.

В первом полугодии на государственном уровне создавалась видимость подготовки к участию в «спецоперации» — при полном нежелании руководства страны всерьез принимать участие в этой авантюре. Возможно, это связано с тем, что военные неудачи заставили Владимира Путина забыть о своих планах повторно штурмовать Киев. Возможно и другое объяснение: после выхода украинских войск к Белгородщине, у россиян неожиданно возникла необходимость дополнительно оттягивать свои войска на защиту границ, что оказалось очень затратным мероприятием. Не исключено, что в российском Генштабе могли испугаться перспективы, когда пришлось бы дополнительно брать под контроль еще и белорусско-украинскую границу.

За неимением других источников информации, примем это за косвенный признак того, что прямого военного вмешательства в войну от Лукашенко пока что не требуют. Хотя участие в происходящем Патрушева и упоминание загадочных «контртеррористических мероприятий» напоминает нам, что расслабляться не следует.

Геннадий ЛУКЬЯНОВИЧ

Теги

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Кнопка «Наверх»
Закрыть